Лепим химеру, или Почему оно летает

#1

Pizza

Модератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
621
Симпатии
539
Баллы
290
Offline
Автор: Аннаэйра
Размер: Миди, 8 частей
Статус: закончен
Описание: Быть писателем – значит не просто уметь излагать свои мысли, но и ориентироваться в тех областях знания, о которых пишете. О средневековье - хорошо, тогда имейте представление об устройстве замка; о морских путешествиях - будьте добры, научитесь отличать грот-мачту от фок-мачты и узнать, как на корабле травить кошку.
А лично я постараюсь помочь вам всем разобраться, как в своей книге создать летающих животных, которые будут летать не "потому, что летают", а потому, что могут этим заниматься.


Разрешение на размещение получено.
 
#2

Pizza

Модератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
621
Симпатии
539
Баллы
290
Offline
Пролог. «И только лошади летают вдохновенно...»

«Летать просто. Надо просто прыгнуть на землю и промахнуться».
Дуглас Адамс


Полет всегда казался людям чем-то волшебным, чем-то эфирно-воздушным, эталоном свободы и безудержного счастья, поэтому, создавая драконов, грифонов, пегасов и прочих крылатых существ, эти древние фантазеры почти не задумывались о том, как их «творения» летают – летают, и все тут!..

Но со временем все изменилось.

Не целиком, конечно. Полным-полно еще в нашей литературе миров, где драконы летают «потому, что летают», где пегасы вполне комфортно чувствуют себя в воздухе, а всякие там кетцалькоатли (которые змеи, не птерозавры) рассекают небеса и как-то не торопятся падать вниз. Однако если недавно вглядываться в биологию фантастического существа было не принято (видимо, авторы еще помнили, что пишут сказку, где разбирать анатомию Избушки на курьих ножках или задавать провокационные вопросы каждой из голов Змея Горыныча малость невежливо), то теперь, если ты хочешь, чтобы твою историю воспринимали всерьез, как Суровое Фэнтези, а не Сказочку для Детишек – обязательно следует хоть боком, но упомянуть какие-нибудь «серьезные» научные словечи в описании во-он той тварюшки, до которой даже госпожа Эволюция додуматься бы не смогла. При этом чаще всего господа «ксенозоологи» базируют свои научные выкладки на учебнике биологии за седьмой класс и обрывках каких-нибудь научно-популярных фильмов, зачастую при этом извращая и то, и другое для придания оттенка «инности». Вот, скажем, услышали они, что самец бабочки может учуять самку на расстоянии в двенадцать километров – не вопрос, вживляем какой-нибудь крокозябре бабочкины усы, пусть чует. Человека, скажем. Девушку. Обязательно девственницу! Или даем дракону ультразвуковую «пушку» - ему в самый раз, по ночам принцесс на дорогах разыскивать…

Ну, и так далее. Порой придумки оказываются смешными, порой – откровенно кошмарными, ибо разобраться в вопросе и подумать, стоит ли это вообще упоминать, большинству авторов не хватает ни воли, ни терпения – куда там, вдохновение бунтует, надо писать-писать-писать! Так что в данной статье, если позволите, я попытаюсь разобраться с такой популярной в фэнтези особенностью живых существ, как способностью к полетам. Грубо говоря: почему птица летает, и почему полет – для птицы, а не для коровы.

Вы хотите создать «реалистичное» летающее существо? Тогда вы должны помнить слова великого естествоиспытателя Жоржа Кювье, о том, что в природе «все бесконечно и все необходимо». Так что коли у дракона имеются рога, у гиппогрифа – хохолок, а у мантикоры растет пучок перьев на хвосте, то выходит, для чего-то это нужно!

И еще один момент: если животное летает, это значит, что оно летает, а не ползает и ходит по земле. Вы много хороших бегунов знаете среди летающих птиц? Угу, по пальцам перечислить можно, а если птица хорошо бегает, то летает она обычно так себе. Природа никогда и никому не дает чрезмерно зарваться, особенно летунам, так что ловкие в воде пингвины по суше ходят кое-как, а великолепный бегун – страус – вообще отказался от полетов, предпочитая на своих двоих носиться по саванне. Так что, если ваш дракон отменно летает – не торопитесь делать из него превосходного ходока, лучше упомяните неудобные когти на лапах или жесткий позвоночник – вроде, и неприятно, образ «идеального хищника» такими малоаппетитными подробностями разбавлять, но зато смотреться будет на порядок достовернее. Помните стихи Марины Цветаевой? «Зверю — берлога, страннику — дорога, мертвому — дроги. Каждому — свое».

Ну, и для полного понимания – давайте-ка возьмем некоего абстрактного летуна и поглядим, почему именно он МОЖЕТ летать.
 
#3

Pizza

Модератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
621
Симпатии
539
Баллы
290
Offline
1. Голова. «Из-за дурной головы страдает всё тело»

«В мозгу его происходила какая-то работа, — бог весть какая, но во всяком случае интересная…»
Джек Лондон


Голова для любого летающего создания – больное место. Ибо голова – место тяжелое. Во всяком случае, у наземных животных с мощными челюстями и хорошим интеллектом – вон, у человека из семидесяти-восьмидесяти килограммов общего веса два кило уходит только на головной мозг, а у какого-нибудь тираннозавра почти весь костяк и мускулатура полутораметрового черепа обеспечивала исключительно могучий укус и разделку задранной жертвы. Естественно, что для летающих животных такие «причиндалы» неприемлемы, так что современные птицы – животные со сравнительно слабым укусом и беззубым клювом, который также призван уменьшить общий вес черепа.

Касательно мозгов тут все хитрее: мозг у птиц махонький, но устроен сложнее, чем у млекопитающих, так что даже в малом объеме (у вороны, весом в полкило, мозг весит меньше десяти граммов) может крыться неплохой интеллект… не у всех – интеллектуалов среди птиц немного – но может.

Так что, если хотите, чтобы ваша зверушка летала – делайте ей легкий череп. Никаких огромных изогнутых рогов и шипов – они, вдобавок, еще и будут обтекаемость снижать, а при пикировании дракон с тяжелыми рогами вполне может ненароком свернуть шею. Никаких длиннющих зубов – летающие животные в основном не охотятся на добычу, превосходящую их по размерам (во-первых, тяжело справиться из-за слабых челюстей, во-вторых, тяжело унести в безопасное место или голодным птенцам), тогда как длинные клыки и прочие эффектные «девайсы» – приспособление для охоты на крупную жертву. И, боже вас упаси, никаких прямосмотрящих, как у человека или совы, глаз, если только не желаете создать медленнолетающую зверушку, делающую ставку не на стремительность, а на бесшумность перемещения…

Но, впрочем, глаза – это важно, так что разберем их особо.

Итак, во-первых: положение глаз. Посмотрите на орла. Стрижа. Голубя, на худой конец. Где у них расположены глаза? Пра-авильно, по бокам головы. Не спереди, как у человека или, скажем, волка, а именно по бокам, так что при быстром полете ветер бьет не прямо в глаза, а в лоб. По этой причине полностью бинокулярное зрение, как у нас (чтобы оба глаза смотрели на один предмет одновременно – в таком случае картинка получается не «плоская», а «объемная», в 3D), характерно только для сов – все прочие птицы вынуждены пользоваться, по большей части, монокулярным («плоским») зрением, и лишь перед самым клювом у них есть узкий «трехмерный» коридорчик – собственно, именно поэтому, заметив добычу левым глазом, орел тут же повернет голову в ее сторону, дабы точно определить расстояние и начать атаку. Для него это не столь важно, как для совы – он охотится на сравнительно крупную дичь, летает на открытом пространстве (в дерево не врежется), да и атакует, полагаясь на эффект внезапности, тогда как та же неясыть предпочитает обнаруживать жертву и подкрадываться исподтишка, после чего уже бросаться на нее с когтями. Кажется, что это не суть важно, однако кое-какие особенности поведения с такими фишками связать можно: например, быстролетающий грифон или дракон будут обладать очень широким полем зрения – не положенными человеку 180, а 275 – так что подкрасться к ним со спины будет проблематично, однако комфортно они будут себя чувствовать только если собеседник окажется прямо перед мордой (клювом) – так они точно будут видеть, что он держит дистанцию и не задумывает ничего противозаконного. Рассерженный, тот же дракон может выражать недовольство, поводя головой из стороны в сторону – так делают некоторые птицы, желая точнее определить расстояние до намеченной жертвы, а вот демонстрируя полное равнодушие – прикрывать глаза тонкими нижними веками: дескать, я, конечно, смотрю, но не думаю, что сия мелочь меня заинтересует.

Да, кстати, веки! Это тоже нужно. Воздух наверху – он сухой, неприятный, и неспроста всякие дельтапланеристы и пилоты используют очки – в противном случае от рези было бы просто не избавиться! Так что желательно все же приобрести для своей крокозябры пару прозрачных нижних век – они смогут уберечь глазки от ветра, солнца, пыли и прочего мусора, но при этом лишь ненамного ухудшат зрение, и позволят летуну сохранить ясность видения. Для разумных существ эта анатомическая особенность, опять же, может служить по-разному – как «тайным» языком (два раза прикрыл левый глаз нижним веком – «Иди, проверь», один раз медленно моргнул обоими глазами – «Согласен»), непонятным для других рас, так и, опять же, способом выражения эмоций – скажем, если твой собеседник не моргает вообще, значит, он тебя слушает во все уши и не пропустит даже малейшей детали.

И последняя особенность глаза, о которой стоит сказать пару слов – зрачок. Вы удивитесь, но это ТОЖЕ важно. Ибо форма зрачка зачастую определяется образом жизни, а не исключительно художественным видением автора. Например, прямоугольный зрачок козы помогает этому травоядному животному при пастьбе получать наилучший угол обзора горизонта – не приближается ли хищник? – а узкий щелевидный зрачок кошки или аллигатора помогает в атаке в вертикальной плоскости: кошка прыгает на добычу сверху, аллигатор хватает пришедшую на водопой дичь снизу. Существуют и более сложные формы – например, у дельфинов при ярком освещении зрачок серповидный, а у каракатиц напоминает формой английскую букву «W», что, опять же, связано с образом жизни и призвано обеспечить наилучшее видение в любых условиях. Также форма зрачка напрямую «завязана» на чувствительность к свету: львы, вполне успешно охотящиеся и днем, и ночью, обладают круглым зрачком, что не так чувствителен к свету, как зрачок домашней кошки – днем наша мурлыка видит в пять раз хуже человека, тогда как ночью и в темном чулане способна разглядеть серенькое тельце мыши. Лев не так зорок по ночам – южные ночи светлые, да и охотится этот хищник на крупную дичь на открытой местности, а та же антилопа с наступлением сумерек практически «слепнет», и не может разглядеть крадущегося к ней хищника. Так что, как видите, идеала нет: кошка, отлично видящая ночью, не может похвастать совершенным зрением днем, а антилопа, способная разглядеть рыжевато-коричневую львицу в такой же сухой траве при солнечном свете, ночью не увидит плотоядную, пока та не подкрадется вплотную. Поэтому не торопитесь наделять своих, скажем, драконов совершенным видением, чтобы и днем было шикарное цветное зрение, и ночью – никаких проблем, все в ажуре. Так не бывает. Уж лучше ваш дракон будет «орлом». Или «совой». Или вообще «летучей мышью» - нафиг ему глаза, пусть на ультразвук ориентируется.

Так, с глазищами разобрались. Что там у нас осталось? О, уши. Уши – это да, это тоже не без косячков. Например, столь популярные у драконов наружные уши. Милые-то милые, но, как ни странно, абсолютно ненужные. Летающему существу наружные уши, по-хорошему (если, конечно, это не все та же летучая мышь), вообще не нужны – в небе только мерзнуть будут, надувать в них будет нехило, а при длительном перелете и отморозить можно! Обратите внимание, даже у полярных животных (а там, над облаками, ничуть не теплее, чем на полюсе) уши маленькие – что у белого медведя, что у песца. Настоящие тюлени от таких ушей вообще отказались, им и так хорошо. Поэтому, если хотите создать дракона быстролетающего или высоколетающего – пожалуйста, не отращивайте ему ничего лишнего. В небе слышать особо нечего, кроме свиста ветра (то еще удовольствие…), а если животное летает – выходит, на земле ему шибко делать нечего. «Каждому – свое». Голоса сородичей мы, люди, отлично слышим и без подвижных «кошачьих» ушек, а добычу нормальный летающий дракон должен искать глазами. Ну, или носом – если он по природе своей падальщик и приучен, как гриф, искать разлагающуюся падаль. А что? Тоже, между прочим, еда…

Ну, и раз уж упомянули нос, пройдемся-ка и по обонянию. Итак, обычно считается, что обоняние у летунов слабое… и это, в общем-то, правда – по сравнению с млекопитающими птицы чуют сравнительно плохо, а хорошая «нюхалка» развита только у тех видов, что ищут добычу не с помощью зрения, а с помощью носа – например, новозеландских киви или диких уток. Домашняя курица, ищущая корм с помощью зрения, обладает самым слабым обонянием среди всех пернатых, тогда как у лесного кулика вальдшнепа, обитающего в непролазных зарослях и на болотах, где он кормится червяками и другими беспозвоночными, которых разыскивает клювом в мягкой грязи, обоняние одно из самых тонких… впрочем, тоже ничего сверхособенного – если верить последним исследованиям, большинству птиц даже уровень человеческого обоняния (далеко не самого развитого среди животных) недоступен, и любая мышка чует в два раза лучше совы, орла и сокола, вместе взятых. Поэтому, если только ваша зверюшка не роется в земле, аки медведь, и не ищет падаль, точно гриф – слишком тонкий нюх ей даром не сдался, толку от него на высоте в пару километров – чуть да маленько, так что те же орлы даже падаль в основном ищут с помощью зрения.



Чувствуете, к чему я клоню? Никаких преувеличений. Если хотите сделать свою химеру похожей на продукт эволюции, а не генной инженерии и больного воображения – не позволяйте ей удариться в МериСьюшность, придумывайте недостатки. Если бы драконы были такими совершенными, какими их описывают многие фанаты, они бы еще до появления разума сожрали бы всех доступных жертв и померли бы от голода. Лев может задрать зебру, но зебра относительно быстрее и выносливее льва, так что, промахнувшись один раз, львица рискует уже никогда не поймать облюбованную добычу; сова может схватить мышь, но мышка, услышав сову, тут же даст деру или забьется в нору (под густые ветки, нырнет в снег), после чего пернатой волей-неволей придется начинать охоту заново. И так далее, и тому подобное. Водобоязнь, малая поворотливость и неуклюжесть на земле, беззащитность при нападении сверху (цитируя одного героя из фильма: «Сильнее торука в небе никого нет, он летает выше всех. Так зачем же ему смотреть вверх?») – сгодится любая мелочь, что превратит СуперМачо в того же человека, у которого огнеустойчивость ни к черту, или какую-нибудь русалку, что явно не сможет привольно чувствовать себя на берегу.
А уж кто выиграет извечную схватку «рыцарь против дракона» - в случае разумности последнего должна решать не биология, а хитрость, скорость, сила… и здравый смысл. Потому как, если дракон разумный – неужели с ним нельзя будет просто договориться?..
 
#4

Pizza

Модератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
621
Симпатии
539
Баллы
290
Offline
2. Тело. «Собственное тело — и такой подвох!»

«Тело — это планета. Оно как земля. Его, как и любой природный ландшафт, вредно слишком плотно застраивать, делить на клочки, урезать, перекапывать, лишать силы».
Кларисса Пинкола Эстес.

Что у нас идет вторым по важности после головы? Ну, раз мы говорим о летающих существах, то, наверное, многие из вас скажут: крылья! И будут, в общем-то, правы, но в случае хорошей лепки (строительства дома, создания семьи…) чрезвычайно важно заложить надежные основы, так что не будем уподобляться Дамбо и рисовать голову с крыльями, но сперва подумаем о таком важном и зачастую недооцениваемом пространстве от затылка до основания хвоста, который всем скопом кличут «туловищем».

И поскольку лучше всего мудрость природы познается в сравнении, давайте-ка наберем себе мини-зоопарк, в который войдут некоторые летающие существа планеты, весом… скажем, в полтора кило. Можно и больше, но тогда выборка получится неполноценная – среди летучих мышей редко встречаются более тяжелые особи, так что экспромтом записываем в свой каталог индийскую летучую лисицу и кличем пернатых. Та-а-ак, кто там у нас?.. Угу, дикая утка кряква. Го-одится! Кто следующий? Сокол сапсан, са-а-амка, что у этих пернатых (да и вообще у всех хищных птиц) чуть ли не в полтора раза крупнее самца… Тоже пойдет. А? Птерозавров причислить? Ла-а-адно, возьмем какого-нибудь птеродактиля… А, ну вот, пожалуйста – Pterodactylus antiquus, он же птеродактиль. Типовой вид. Вес оценивается до двух кило, но мы возьмем не самую толстую особь. Так, все? Все, полный наборчик, сапсан доедает утку, летучая лисица заглядывается на ближайший банан, птеродактиль делает вид, что он ни при чем… Теперь ставим рядом с этими товарищами кошку. Или варана крупных размеров, если у вас на кошек аллергия. Можно, в общем-то, даже за крокодилом сбегать, но искать полуторакилограммового – мука и скука, так что все, зоопарк, построились!

А мы с вами начинаем играть в увлекательную игру: «Летает» или «Не летает». При этом учитывайте, что крылья у наших летунов сложены… да и сами они находятся по ту сторону ширмы, видно только силуэты. Ну, справитесь с заданием?
Да конечно справитесь. Ибо, несмотря на непохожесть всех этих существ (птицы, рептилия и млекопитающее – по меркам эволюции это все равно, что сравнивать ежа, жирафа и снежного барса!), есть в их облике нечто… единое. То самое, что не дает страусу, орлу и птичке колибри настолько же сильно отличаться друг от друга, как отличаются синий кит, благородный олень и кенгуру. То самое, что и обеспечивает саму возможность полета…

Но разберем по порядку.

Итак, во-первых: компактность и малоподвижность. Среди летающих животных нет обладающих длинным гибким позвоночником. Тело любого летуна сравнительно короче, чем у того же размера млекопитающего (кошка) или рептилии (ящерица), а у птиц, самых совершенных современных летунов (во всяком случае, по габаритам – полуторакилограммовой мышке остается лишь облизываться на пятнадцатикилограммового кондора или рекордную двадцатикилограммовую дрофу), позвоночник вообще достиг апогея прочности: все позвонки срослись в единый столб, заодно «прихватив» бедро (у летающих птиц оно практически неподвижно), так что единственной подвижной его составляющей является шея, собственно, и обеспечивающая пернатым необходимую для добычи пищи подвижность. Подобное строение нам, наземникам, кажется довольно странным и неудобным, однако для полета оно необходимо: прочные кости дают возможность разместиться мощной летательной мускулатуре и обеспечить наилучший толчок при каждом взмахе крыла, а слитная кость таза с неподвижным бедром – это надежная опора, когда птицы, лишенные возможности использовать для передвижения по земле крылья, бегают, прыгают или подолгу стоят на одном месте, размышляя о вечном.

Желающие же проводить аналогии могут сравнить позвоночник птицы с корпусом самолета: вы же не будете мастерить «самолетик» из обреза водопроводного шланга? Или будете, но, по крайней мере, вставите в него твердый прут – в противном случае ваш летательный аппарат, даже запущенный с высокого обрыва, полетит исключительно вниз.
У других летунов все устроено схожим образом, пусть и не так радикально: позвоночник летучей мыши «укреплен» сухожилиями, а особое сочленение шеи с черепом дает возможность этим ночным летунам поворачивать голову почти по-совиному, не задействовав само тело. Вымершие птерозавры также не обошлись без «позвоночника-столба» - у ранних форм присутствует все то же укрепление сухожилиями (порой окостеневающими), у поздних, гигантских (!) – настоящее срастание костей, почти аналогичное птичьему.

И так далее, и тому подобное. Да, это не шибко красиво. Да, свернувшийся клубком дракончик – это ми-ми-ми и у-ру-ру. Но все же давайте будем реалистами: полет – это не просто «полет фантазии», как говаривал ученый филин Архимед, это еще и довольно быстрый способ переместиться из точки А в точку Б. Никакой романтики: птица, летящая на поиски корма, может думать о корме, о птенцах (или подруге, сидящей на яйцах) и о том, как бы не угодить в когти хищнику, тогда как красота летнего луга ее вряд ли интересует, да и чудное пение с соседнего дерева чаще всего означает не возможность насладиться музыкой, а повод подраться с нахальным чужаком, предъявляющим права на уже занятую территорию. Поэтому, если вы действительно хотите, чтобы ваше огромное крылатое создание действительно летало – что ж, давайте следовать законам природы. В противном случае – да взлетят в мирах фантазии дракончики, размером с кошку, и стр-рашные мантикоры не большей той-терьера. А что? Зато на плече сидеть удобно!

Вторым аспектом, на который стоит обратить внимание при лепке туловища, является устройство груди. О-очень важной для полета, ибо именно там крепятся те самые летательные мышцы, что и должны приводить в действие всю эту биологическую машину для полетов. При этом для очень сильных мышц нужна очень широкая костная поверхность, так что у всех ныне летающих позвоночных, а также вымерших птерозавров, наблюдается в той или иной степени развитый киль – плоский вырост грудины, к которому и крепятся мышцы, приводящие в движение крылья. Размер может сильно отличаться – скажем, у летучих мышей киль скорее напоминает гребень – но все же наличие его жизненно необходимо для быстрого и энергичного полета, так что внешне это будет проявляться в выпуклой, мощной грудной клетке, вдобавок, должной вместить в себя объемистые легкие (можно – с воздушными мешками, в таком случае описываем у того же дракона полые кости) и огромное сердце, дабы питать все это хозяйство кислородом. Можно, конечно, пойти дальше, и, скажем, описать крючковидные отростки на ребрах – у птиц они увеличивают эффективность дыхательной мускулатуры – но обычно до такой степени подробностей в художественной литературе не доходят, так что ограничимся малым: широкая грудная клетка, очень прочные ребра, большой киль. Пока что этого достаточно.

За грудью у нас идет пункт третий, то бишь поясница… ну, тут все проще: в полете она особого участия не принимает, однако весьма важна при приземлении – несмотря на то, что у того же дракона или грифона лап четыре, приземляться такое существо, скорее всего, будет сперва на задние, а потом уже – на передние, иначе рискует перевернуться. Можно, конечно, и на все четыре разом, но это подразумевает планирующий заход на посадку и долгую пробежку, так что, в случае с неширокой площадкой у входа в пещеру или каким-нибудь гнездом такой метод неприемлем. Еще один вариант – приземление на скалу, цепляясь за нее когтями… хотя тут тоже не без «но»: при обычной для человека гравитации животина, весом хотя бы в центнер, непременно сорвется с такого «насеста», так что это метод экстремальный, для любителей острых ощущений.

Как следствие, поясница также должна быть довольно прочной, с более мощными, чем передние, лапами – так что, если дракону захочется поднять голову повыше, он может просто привстать на задние лапы… хотя о лапах мы поговорим как-нибудь в другой раз. Ну и, конечно же, поясничный отдел туловища должен казаться гораздо менее объемистым, чем грудной – и драконы, и грифоны, и большая часть всех других фантастических летунов относятся к хищникам, которым длинный кишечник (у птиц, к слову, очень непопулярный) ни к чему, так что брюхо будет смотреться подтянутым и мускулистым. Единственное, что может его слегка «раздуть» - созревающее яйцо. Ну, или детеныш, развивающийся в утробе матери, хотя тут, скорее всего, дракончик или грифончик будут появляться на свет недоразвитыми, как у сумчатых млекопитающих – в противном случае я с трудом представляю биологическое развитие неразумного (пока что…) вида, для которого полет (и, как следствие, максимальная облегченность туловища) играют такую важную роль, но при этом раз в сезон самки вынуждены на несколько месяцев лишаться такой возможности из-за объемистого брюшка с крупным детенышем внутри.

Казалось бы, нонсенс: ведь у тех же летучих мышей малыши рождаются вполне развитыми, весом в четверть материнского, и без всякой сумки… однако тут тоже есть своя особенность: летучие мыши просто не могут себе позволить рожать слишком неразвитого детеныша. Увы, но ни сумки, с ее уникальным микроклиматом, ни надежной норы перепончатокрылые матери своим отпрыскам предоставить не могут, так что большая часть видов летучих мышей вынуждена вынашивать одного (редко – двух, еще реже – больше) детеныша, которого можно не только спокойно оставлять дожидаться родительницы в пещере, но и носить на себе, как это делают самки летучих собак, ушанов и некоторых других видов. Драконы же, грифоны и прочие летуны, судя по описаниям, редко шляются «бездомными», и хоть какое-то личное пространство себе да отвоевывают, так что вполне способны не мучиться с долгой и трудной беременностью, а отложить яйцо или родить «сумочника», после чего – гуляй, мамаша, пора на охоту!

Может быть, тут сгодится помощь самца? Ну, самец – это, конечно, неплохо, но все же, в случае полноценного вынашивания малыша у крупного (Крупного! Вы помните, что среди летучих мышей не бывает слишком крупных, весом больше двух килограммов, видов?..) животного гибель самца может с почти стопроцентной вероятностью погубить и самку – такой «обреченностью» даже наши птицы похвастать не могут. Куда привлекательнее выглядит теория об откладывании яиц (драконы-птицы) или выкармливании недоношенного, развивающегося уже в какой-нибудь сумке на брюхе малыша (драконы-кенгуру). И тот, и другой случай подразумевает долгую заботу о потомстве, но при этом не слишком затрудняет полет – одно яйцо драконице не в тягость, а миниатюрный дракончик в сумке – тем паче. К тому же времени, когда малыш станет слишком крупным, чтобы с ним летать, его вполне можно будет оставлять в надежном логове, дожидаться, пока мать или отец прилетят с кормом и набьют его вечно голодный животик.

Да, и еще один момент: гребень. Уж-жасно популярная фича у многих драконов и им подобных тварей. Только вот, увы и ах, срам и страх, порой необходимость такого «украшения» колеблется от нулевой до «ну, пусть остается». Почему? Объясняю: потому что летучей твари такие «украшения» ни к чему. У наземных существ хорошо развитый гребень можно увидеть, скажем, у некоторых ящериц, вроде игуаны – там он служит как для демонстрации, так и для того, чтобы отпугивать хищников, желающих схватить растительноядную ящерку за спинку. При этом гребень у нее довольно массивный, и весит не так уж мало, хотя даже его присутствие не всегда помогает против охочих до ящеричьего мяса плотоядных. Все-таки, если действительно хочешь, чтобы тебя не хватали – отращивай панцирь. Но в таком случае можешь попрощаться с полетами – черепахам летать не положено, слишком они для этого тяжеловастенькие. Да и в полете высокий «частокол» на позвоночнике будет только мешать – ведь недаром у морской игуаны, правда, не летающей, а плавающей, спинной гребень существенно меньше, чем у ее наземной родственницы, ибо аэродинамика и гидродинамика все же имеют в своей основе нечто общее. И коли уж вам позарез хочется «наградить» своего дракона чем-то подобным – что ж, тогда ограничивайтесь густыми и мягкими шипами, либо прочными, но невысокими, дабы не мешали хозяину рассекать небесные просторы. Пропагандируемая некоторыми авторами способность складывать гребень тут тоже не поможет – втягиваться шипам позвоночника некуда, внутри спинной мозг проживает, а при «падении» наподобие костей домино и прижимании к спине, во-первых, придется обеспечивать синхронную работу всей этой бижутерии (мышцы, нервы, сухожилия), а во-вторых – «защита» все равно выйдет аховой, с большими промежутками между шипами, и разумный противник скорее цапнет такого дракона за крыло или за бок… а то и шлепнется ему прямо на спину? Шипы? Какие шипы? А, эти колючки… ну, уж простите, в угаре боя не заметил!..

Вот такие чебуреки. Вроде бы, и мелочь – ну, туловище. Ну, грудь, поясница, гребень. А все равно – в организме любого живого существа все должно быть разумно и подчинено единой директиве, чему крылатые животные – самое яркое подтверждение.
Так что, дорогие мои творцы, помните: никаких перегибов! В противном случае, увы и ах, тяжелый молот реальности вдребезги разобьет ваши мечтания, а любовно выпестованная, красивая-прекрасивая химера так и останется крылатым, но нелетучим капризом природы.
 
#5

Pizza

Модератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
621
Симпатии
539
Баллы
290
Offline
3. Крылья. «Крылья у меня выросли — да лететь некуда»


«Потому что люди суть ангелы, родившиеся без крыльев, в этом вся красота, родиться без крыльев и обзавестись ими, на то и дан нам мозг, а дан мозг, будут даны и крылья...»
Жозе Сарамаго


Сколько себя помнит, человек всегда мечтал о крыльях. Залезть на дерево, переплыть реку, перебежать поле – это было легко и доступно, это умел почти каждый... но вот взлететь выше деревьев, пронестись над реками и полями? Почувствовать, как целый мир расступается перед тобой, и для тебя не существует никаких ограничений?..


Что поделать – мы всегда мечтаем о несбыточном! И именно поэтому многие (слишком многие!) существа из мира нашей фантазии обрели способность к полету. Даже те, кому это, в общем-то, и не сильно нужно. Даже те, кто по определению летать не сможет. И до сих пор, с достойной похвалы настойчивостью, люди-фантазеры лепят крылья кому ни попадя – змеям, лошадям, ящерицам, кошкам, собакам, каким-то невнятным химерам – между прочим забывая, что, с точки зрения природы и элементарной логики, в крыльях романтики не больше, чем в печени или большом пальце правой ноги. Полет, при всей его волшебной красоте – это всего-навсего способ попасть из точки А в точку Б – эффективный и быстрый, но при этом требующий от летуна отдаться ему целиком и полностью, построить все свое тело с учетом желания покорить воздух, тратить огромное (по меркам нас, бегающих и плавающих) количество энергии на то, чтобы приводить в движение всю эту биологическую машину, построенную с одной-единственной целью – полететь.

И скажу я вам откровенно, мальчики и девочки: не всегда, ох не всегда овчинка стоит выделки!

Но довольно болтологии, перейдем к делу. Итак, крылья. Изначально так сложилось, что в фэнтези существует два типа летунов: те, у которых крылья являются аналогом рук или передних лап, а также те, у кого они прицеплены к остальному туловищу на правах третьей пары конечностей. Оба варианта достаточно популярны, так что давайте разберемся сначала с ними.

Крылья-руки, крылья-лапы – это понятно и легко. Это птицы. Летучие мыши. Птерозавры, на худой конец. Никаких проблем с полетом, никаких вопросов касательно «как это работает?!» – да так же, как работало всегда. К тому же, если уж автор старается соблюсти биологическую «правильность», то такое существо у него кое-как, но напоминает реальных… хотя, увы, не всегда.

И это, однако, порою печально.

Вот, например, такая нынче странная мода пошла: руки-крылья. Именно руки-крылья, я подчеркиваю. Выражается это в желании совместить в крыле два совершенно разных агрегата – приспособление для полета и активный манипулятор предметами. Вдохновляется это «новшество», понятное дело, не абы чем, но примерами из жизни – скажем, когтями на крыльях археоптерикса. Или когтем летучей мыши. Или «лапкой» птерозавра. При этом авторам как-то совершенно все равно, что у реальных животных (археоптерикс вымер? Не беда, возьмите гоацина – у них на крыльях имеются коготки, с помощью которых птенцы тропической птички лазают по деревьям) такие когти обладают, мягко говоря, не самой большой подвижностью и совершенно не приспособлены к тому, чтобы даже толком что-то ухватить – летучая мышь, скажем, еще может зацепиться передними когтями за ветку дерева или потолок пещеры, особо ловкие виды могут подтягивать ближе к морде сочный фрукт… но взять что-то мелкое, не говоря уж о том, чтобы как-то им манипулировать – выше всяких сил. То же самое и у гоацина, и у птерозавров – их «лапки» слишком жесткие и малоподвижные, чтобы хотя бы теоретически удерживать мелкие предметы, так что использовать их можно, самое страшное, для обнимашек. Для почесушек. А уж если вам хочется полноценную «руку» – звиняемся, тогда никаких полетов, только планирования, наподобие тех, что были характерны для некоторых динозавров. У которых, к слову, тоже когти на лапах не отличались особой подвижностью – даже знаменитый троодон, с его мозгом умной курицы, скорее был приспособлен не хватать, а бить и прокалывать добычу когтями, как это делают нынешние птицы. Причины? Легко: для активного манипулятора, какими являются наши с вами руки, нужны длинные пальцы, без заметных когтей, плюс целая куча сухожилий и мускулатуры, что для крылатого создания смерти подобно. Коли уж так хочется заставить свою виверну писать романы – пусть пишет задними лапами. Тоже, конечно, маловероятно, но все же для этой пары конечностей предположить такую деятельность можно.

Еще один пункт из данной области, частично перекликающийся и со вторым типом крыльев – повальное описание драконьего, скажем, крыла, как «три пальца растягивают перепонку, два торчат снаружи». В результате получается, вроде бы, пять, но… господа хорошие, вы на крыло летучей мыши смотрели? У нее ведь тоже пять пальцев, но при этом, обратите внимание, наружу торчит только один! И это, к слову, очень даже понятно: как я уже сказала, манипулятор из крыла получается не слишком хороший, так что один или два пальца – не суть важно… но важно в другом смысле: в полетном, так как у самых лучших летунов среди рукокрылых указательный и средний пальцы крыла сливаются вместе, образуя двойную кость – жесткое переднее ребро, что призвано встречать поток ветра и не давать крылу гнуться под его ударами. У фруктоядных летучих мышей, которым обычно быстро летать не положено, указательный палец все еще сохраняет относительно свободное положение – он не объединен со средним и существенно короче последнего, однако тоже «впаян» в перепонку и действует в составе крыла, не порываясь ни на что иное.

Правда, есть еще птерозавры… но тут тоже не все так просто, как кажется: у птерозавра было всего четыре пальца (очень характерный признак для динозавров и их родичей, в числе которых птерозавры, крокодилы и птицы), и безымянный служил распоркой для крыла, то бишь был относительно толстым и прочным, тогда как оставшиеся три рудиментарных пальца скорее являли собой «щетку», чем полноценную лапу, и предназначались исключительно для опоры на землю или цепляния за деревья и скалы (известны даже птерозавры, что от «лишних» пальцев отказались вовсе – тот же никтозавр). Даже толком почесаться этими коготочками птерозавру было трудно – скорее всего, для этих нужд он использовал голову на гибкой шее – так что, если уж хочется больше одного пальца на сгибе – делайте крыло птерозавровым. Не знаю, правда, зачем это нужно, но, по крайней мере, это оригинальнее «классики»…

Вторым популярным типом крыла являются «крылья-вбоквелы», то бишь крылья – третья пара конечностей. Располагаться она может где угодно – чуть ниже рук, за руками, на боках, на хвосте… и так далее, и тому подобное, лепим там, где нравится, и будь что будет! И вот именно с этими крыльями, я вам скажу, у летающего существа больше всего мороки…

Во-первых, расположение. Я понимаю, фантазия. Я понимаю, богам законы не писаны, а драконы физику в школе не учили. Но все же, если хоцца создать реализм, то запомните: крыло, прицепленное к заду, так и останется занятным украшением, и ни на сантиметр своего владельца в воздух не поднимет. Так как крыло – это лишь конечный элемент всей полетной машины, это некие «колеса» вашего «спорткара», и просто так они разве что покатятся вниз по склону, но никак не выиграют гранд-при! Так что разбираемся с тем, куда эти крылья прилепить… Ну, понятно, что на туловище, про зад я пошутила. Но куда именно? Вместе с передними лапами, из одного сустава, не получится – не-крыльям потребны собственные лопатки (запомните, я вас умоляю: две конечности из одной лопатки – уродство, в таком случае двигаться обе пары тоже будут ОДНОВРЕМЕННО), и без места для прикрепления этих самых лопаток от столь любимых авторами драконьих «рук» (о них – в следующей главе) мало что останется. Так что сдвигаем крылья… а вот куда – вперед или назад?

В фэнтези, однако, существуют оба варианта, и оба, откровенно говоря, довольно странные. Причем репа здесь зарыта именно в этих самых лопатках! Вы же птицу когда-нибудь разделывали? Гуся, утку… голубя? Помните эти длинные, вытянутые лопатки, что у нормального летуна занимают чуть ли не всю длину спины? Угу. И служат они именно для полета, а не просто для красоты, ибо тоже являются местом прикрепления мощной летательной мускулатуры, обеспечивая движение крыльев. Так что пихать крылья впереди передних лап – заведомо дохлый номер: зажатые под огромной массой «чужих» мышц бедные лапки будут аналогами лап тираннозавров, которыми разве что брюхо почесать можно. Ибо для полноценного движения лапе нужен простор… так что, очевидно, куда привлекательнее выглядит второй вариант: сперва лапы, потом крылья. Только не сразу друг за другом! Сперва одни, на каком-то расстоянии от них – другие… Существует, правда, еще вариант со «спущенной» лопаткой передней лапы, располагающейся где-то на боку, но это, увы, серьезно ограничит доступные движения этой самой лапы, так что вариант для «мудрого дракона, рисующего картины» не подходит – только для зверообразного ящера, ворующего овец из ближайшей деревни. Посему крылья у «нормального» дракона будут располагаться где-то ближе к середине туловища, так что из-за огромных мышц с расправленными «леталками» будет казаться, что именно крылья – основные конечности дракона, а передние лапы… ну, так. Добавка на сладкое. И это, в общем-то, правильно: если ты летаешь, ты должен летать, а не ходить по земле. Если ходишь – не летай. Либо и ходи, и летай… но и то, и другое у тебя будет получаться не очень. В противном случае – это уже не животное, с его достоинствами и недостатками, это биологическая машина, созданная в пробирке чьего-то воспаленного разума.


Тык-с, с лопатками, вроде, разобрались… Ну, почти. Если уж копать совсем глубоко, то выяснится, что даже расположение лопаток ближе к середине не слишком спасет положение – скажем, третий пояс конечностей, необходимых для крыльев, не позволит двигаться ребрам (он «запрет» их в кольцевой замок, как это произошло с тазом для нижних и лопаткой-ключицей для верхних – женщины, рожавшие ребенка и «прогоняющие» его сквозь собственный таз, подтвердят, что этот замок достаточно жесткий), так что придется как-то придумывать способ дыхания, не связанный с движением ребер – скажем, проточный, как в жабрах у рыб, или нагнетательный, как у лягушек, что вынуждены «глотать» воздух и пропихивать его в легкие. Можно и совместить оба варианта – один для полета, второй для прогулок по земле. Тоже, откровенно скажем, не фонтан теория – придется придумывать какие-то клапаны и системы перекачки кислорода, чтобы обеспечить дракону эффективное дыхание и более-менее внятную речь, но, при должном подходе, все это объяснить можно. Правда, в процессе решения возникнет еще тысяча и один вопрос на тему мышц, костей, связок и всего такого прочего… однако что поделать – реализм диктует свои суровые законы!

Вслед за поясом конечностей идет само, собственно, крыло. И тут у нас дикий простор для фантазии. Ибо крылья бывают черные, белые, красные… а еще пернатые, кожистые, чешуйчатые и всякие разные. Как кому нравится. Выбор? Пф-ф, выбор, если и диктуется, то чаще всего лишь эстетическими чувствами, без оглядки на реальное положение дел. При том, что, как ни печально, но не все крылья подходят для всех образов жизни. Правда. В противном случае насекомоядные летучие мыши дружной толпой повалили бы в Заполярье, откармливаться гнусом, а крупные птицы с длинными крыльями начали бы осваивать жизнь в густом лесу… но ведь этого же не происходит. И причина, в том числе (а всего их несколько), кроется и в строении крыльев.
Ну, об этом, к слову, я уже писала в прошлой статье, так что шибко растекаться не буду – ограничусь общими рекомендациями.

Итак, общие типы позвоночных крыльев (о всяких феях и сказочных дракончиках уже было написано, что «It’s Magic!», и все вопросы сняты) – это крылья птерозавров, крылья птиц и крылья летучих мышей. Все – разные, и работают по-разному. У всех свои преимущества и недостатки. Вот, скажем, кожистое крыло, а-ля птерозавр. Вроде бы, и похоже на летучемышиное… однако не совсем. И я не говорю о том, что птерозавр – рептилия, с сухой и тонкой кожей, которая, в отличие от мягкой кожицы летучих мышей, не так сильно подвергалась высыханию и переохлаждению в полете, но зато само крыло было куда менее пластичным… ладно, ладно, это наша, земная биология.

Но вот, положим, дракон с птерозавровыми крыльями. Чем это ему грозит? Да многим, я вам скажу… Во-первых, если дракон хоть сколько-нибудь крупный, крылья должны быть очень длинными – у птерозавров леталки вообще были относительно длиннее, чем у птиц того же размера, так как единственный палец–распорка не давал возможности построить полноценное «круглое» или «короткое» крыло с необходимой подъемной силой (по этой причине даже «птерозавр-воробей» Nemicolopterus crypticus, самый маленький из найденных летучих ящеров, в размахе крыльев достигал 25 сантиметров – это почти в полтора раза больше, чем у обычного воробья). Естественно, что с такими крыльями животному была определена дорога подальше от лесов и даже высоких гор – там дуют сильные ветра, против которых птерозавровые крылья практически бесполезны, и такому дракону сам Творец велел жить на тропическом морском побережье, где есть крутые скалы, ровные теплые ветра и обширные морские глади, над которыми можно летать, пользуясь восходящими потоками воздуха. Во-вторых, птерозавровое крыло не приспособлено для быстрых полетов – слишком длинное и хрупкое, к тому же, максимальную подъемную мощность оно обеспечивало лишь при медленном полете – так что крупные животные должны летать сравнительно неторопливо, пикируя лишь с небольшой высоты и разгоняясь, самое большее, до сорока-пятидесяти километров в час, но компенсируя малую скорость выносливостью и способностью, как современные буревестники, подолгу оставаться в воздухе. Получается этакий «дракон-альбатрос», преимущественно морское животное, не способное подняться с воды или даже с ровной поверхности земли, но при этом легко и изящно пересекающее тысячекилометровые просторы в поисках пищи.

Птичье крыло – новые песни, старые проблемы. Птица – животное, конечно, более универсальное, чем летучая мышь или птерозавр – ни одному ящеру или млекопитающему еще не удавалось научиться плавать, как это делают птицы, или подниматься на столь ошеломительную высоту над землей – и причин тому немало. Например, утепление. Птичьи перья, как вам известно, хорошо сохраняют тепло, так что, даже пролетая над Гималаями, журавли не особенно мерзнут на своем пути к индийским лесам, а всевозможным чайкам, тупикам и кайрам вполне комфортно живется даже по берегам Северного Ледовитого океана. К тому же, перья очень легкие, обладают хорошими аэродинамическими свойствами и способны помочь в регулировании полета – неудивительно же, что и птичка-колибри с ее «жужжащим» полетом, и стремительный стриж, и величественный странствующий альбатрос – пернаты. Так что дракон с перьевыми крыльями может рассчитывать на меньший размах крыльев, чем дракон-птерозавр… хотя больше ограничен по весу: максимальный вес крылатых ящеров оценивается в диапазоне от ста до пятисот килограммов, тогда как крупнейшей летающей птице в истории – аргентавису – «позволяют» лишь семьдесят кило, при этом подчеркивая, что со взлетом и посадкой у этого чудовища могли быть серьезные проблемы. Еще одно удобство перьевых крылышек заключается в широком диапазоне форм: от круглых до длинных, стреловидных, от изогнутых до прямых, от простых до вычурных, с декоративными перьями и яркими «хохолками» на сгибах. Конечно, это не означает, что птица с какими-нибудь плюмажными перьями на крыльях будет отменным летуном – но, по крайней мере, такие перышки будут меньше тормозить ее в полете, чем всяческие «прицеплялки» на кожистом крыле, которые и мерзнуть будут не по-детски, и весить побольше. Правда, как и в каждой бочке, в этой тоже найдется ложка дегтя: в придачу к ограничению по размеру, перьевые крылья также обладают рядом неприятных особенностей: они довольно легко пачкаются (не у водоплавающих видов), они не всегда приятно пахнут (далеко не розами, поверьте…), они требуют тщательного ухода, время от времени подвержены линьке и являются пиршественным столом для множества видов паразитов, так что счастливчику, обладающему таким «девайсом», придется проводить немало времени за уходом и чисткой. А что поделать? Не все же коту Масленица…

Ну, и наконец последний тип крыла – летучемышиный. Это, опять же, крыло не для скоростного полета – большая часть летучих мышей летает со скоростью в двадцать-тридцать километров час, и лишь некоторые виды разгоняются выше пятидесяти – но зато это крыло для сложного, виртуозного пилотажа, когда мышь резко поворачивает то вправо, то влево, пикирует и поднимается, делает петли, кувыркается через голову, крутится волчком – многим птицам такие фокусы и не снились! Однако, понятное дело, такие маневры доступны лишь небольшим животным (в противном случае порвется даже самая крепкая кожа, после чего животное разобьется), тогда как самые крупные современные рукокрылые – летучие лисицы – предпочитают менее вычурный способ перемещения, в основном – по прямой. Так что завидная ловкость в полете, которой так любят «похвастать» некоторые драконы, увы, будет доступна только детенышам или мелким видам, тогда как большие многометровые особи будут вынуждены переходить на «околоптичий» способ перемещения. Именно поэтому летучие мыши – это, в основном, некрупные животные, и именно поэтому же количество летающих птиц на нашей планете несравнимо больше. Так что, если уж хотите устроить дракону «летучемышиное» крыло – уточняйте габариты, плюс вам придется обеспечить «зверушке» должный уход за перепонкой (смазку, избавление от паразитов, вылизывание… а то и то, и другое, и третье разом) и охарактеризовать полет как «медленный» и «не слишком высокий». До десяти тысяч метров, во всяком случае, дракону будет не подняться – замерзнет, бедняжка, а отмороженные крылья я бы и врагу не пожелала… у-у-уй, это, наверное, больно…


Такие вот тараканы. Я бы, конечно, могла еще много чего рассказать… но, во-первых, в «По следам невиданных зверей» кое-что уже было озвучено, а во-вторых – крылья это крылья, но обижать вниманием другие части тела нехорошо. Поэтому будем считать, что я все более-менее понятно рассказала, и в следующий раз, когда придет в головы выдумать новую «химеру», вы все же вспомните, что «если есть – значит, надо», а облик любого животного диктуется теми условиями, в которых оно обитает. И длинная шея жирафа, уши слона и хвост дельфина – вовсе не придурь какого-нибудь безумного бога, но лишь суровая потребность, что и гарантирует каждому живому существу на Земле право увидеть следующий рассвет.
 
#6

Pizza

Модератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
621
Симпатии
539
Баллы
290
Offline
4. Лапы. «Довершают ноги дела те, что голова начала»

«Мои ноги не так уж красивы, просто я знаю, что с ними делать.»
Марлен Дитрих


Ноги, руки, лапы, ходилки – как их не назови, а все же без них – никуда. Существуют, конечно, крылатые создания, что могут похвастать отсутствием лап (скажем, знаменитые летучие змеи – амфиптеры), но, откровенно скажем, с точки зрения биологии таким чудикам приходится страшно тяжко: ни оттолкнуться от земли, поднимаясь в воздух, ни мягко приземлиться, загасив удар, ни даже банально почесать нос, если уж очень хочется. Так что давайте оставим всех этих змеюшек на расправу любителям «экзотики», и перейдем, собственно, к «олапленным» летучим тварям, а следовательно – и к лапам.


Как и в случае с крыльями, лапы бывают двух типов: только две задние или же и передние, и задние. Редко встречающийся вариант с двумя передними (довольно странный, я вам скажу…) или же позвоночную версию пауков и многоножек мы рассматривать не будем, хватит с нас и этих типажей.

Задние лапы, как и передние крылья – наиболее достоверный с точки зрения науки способ превратить обычную ящерицу в зловещего дракона. И пусть любители точных определений жалуются, что, дескать, это не дракон, а жалкая виверна: скажу вам по секрету, дракона драконом делает отнюдь не количество лап, и даже самый «классический» дракон может оказаться всего лишь животным, а самая «обычная» виверна дать сдачи величайшим философам мира (привет, Партурнакс!). Но не будем углубляться в терминологию, рассмотрим, собственно, конечности. Итак, поскольку, как и у птиц, именно на эти ноги приходится самая большая нагрузка при посадке и взлете, естественно, что лапы будут сильные, мощные, с частично сросшимися костями и неподвижным тазом – это будет обеспечивать необходимую прочность, особенно если животное будет лететь с грузом в зубах или лапах. По земле передвижение может происходить несколькими способами: на четырех конечностях с подвернутыми крыльями, как это делали птерозавры и делают современные летучие мыши, прыжками на задних лапах (воробышки…) или степенным шагом со сложенными крыльями – для этого у дракона и существует его длинный хвост-балансир.

Строение же самой стопы и пальцев будут во многом зависеть от образа жизни животного: если оно ведет себя, как орел, то и лапы будут птичьи, с противопоставленным хватательным пальцем и длинными загнутыми когтями, сохраняющими остроту благодаря полетам и редкому «стачиванию» о землю; если же животному приходится долго и помногу ходить, то лапа скорее будет напоминать ногу динозавра, и противопоставленный палец будет маленьким, а когти – умеренной остроты (может быть, за исключением одного «динозаврового», как у дейнонихов и велоцирапторов). Правда, в таком случае цепляться за скалы будет уже гораздо труднее, и для посадки придется искать довольно широкую площадку, чтобы успеть загасить скорость и остановиться. Орлиного пикирования на добычу, скорее всего, тоже добиться не удастся: коготь велоцираптора – приспособление для охоты на очень крупную жертву, во много раз превышающую охотника по размерам, так что, вздумай тот же дракон таким образом заколоть лошадь или оленя – мало того, что распорет жертву на неаппетитные куски, так еще и рискует насмерть разбиться о землю, не справившись с чудовищной инерцией падения. Увы, но такие «фишки» – достояние некрупных видов, заглядывающихся на каких-нибудь слонов, поэтому, прежде чем лепить огромный изогнутый коготь на чью-нибудь лапу – задумайтесь, а так ли он нужен на охоте, чтобы эволюции тратиться на его создание! Если, конечно, ваши тварюшки не решили поюзать его как-то иначе – скажем, для турнирных поединков между самцами…

Ну, и раз уж мы заговорили о когтях – остановимся поподробнее на этой больной теме. Действительно больной! Ибо подвержена ряду страшных недугов, из которых наиболее распространенный – знаменитые втяжные когти. Летучему существу необходимые, как нога на голове. Или язык с щупальцами. Потому что втяжные когти кошек – куда же без них, без кисонек-то! – это приспособление для «кошачьего» типа охоты, но никак не «драконьего». То бишь медленного подкрадывания к жертве, после чего – короткого резкого рывка и хватания. Никаких долгих забегов – вспомните, что у гепарда когти, как и у собак, не втягиваются. Ставка идет именно на бесшумность и внезапность, к тому же, многие кошки удерживаются на добыче именно с помощью когтей, не пуская в ход зубы до последнего. Тому же дракону, бросающемуся на жертву сверху и быстро убивающему ее одним только ударом в позвоночник или, тем паче, пламенем, подобные когти и во сне не сдались! Более того: втягивающиеся когти чрезвычайно плохо вяжутся с длинными гибкими пальцами… если не верите – отыщите ближайшую кошку и проверьте строение лапы. «Втягивающиеся когти» на самом деле вовсе не втягиваются, а подгибаются: в спокойном состоянии конечная фаланга пальца у кошки, на которой и растет неподвижный коготь, загибается вверх, подтягиваемая связкой, что не дает острию касаться земли, а в случае возбуждения палец распрямляется во всю длину, когти «выпускаются». Связано это с постоянной жизнью на земле, когда когти волей-неволей затупляются, однако у летающего существа, большую часть времени проводящего в воздухе, таких проблем возникать не должно. Вспомните, орел, что бьет добычу именно когтями (клюв хищным птицам нужен в основном для разделки мяса), никогда эти самые когти не втягивает, однако, не увлекаясь дальними прогулками по земле, сохраняет главное оружие вполне боеспособным: и скользкую рыбу проткнет, и пятикилограммового сурка, и даже неосторожную лисицу, на которую укажет хозяин-охотник.

По этой причине, к слову, выбирая себе логово, какой-нибудь дракон или грифон могут оказаться весьма придирчивыми: вот не любой им пол нужен, а только песчаный. Либо же, если зверушка разумная, она начнет придумывать занятие для молодежи, и пока старейшины будут совместно спа-а… э-э, решать важные вопросы, молодые драконы займутся делом и перетрясут песок в их спальнях, в детских пещерах, в кладовых… ну, и так далее. Либо же, напротив, может оказаться так, что когти драконов состоят из настолько прочного материала (не просто кератин, а, скажем, укрепленный солями металлов), что и не тупятся вовсе, и лишь перед самой линькой или у старых и больных драконов начинают отслаиваться и тупиться, вынуждая соплеменников заботиться о несчастном и добывать для него пищу. Либо же, еще один вариант, когти растут всю жизнь, время от времени старая оболочка исшелушивается, после чего той же мантикоре остается лишь хорошенько поточить когти о дерево и «обновить арсенал»: и самой приятно, и всем в округе понятно, что здесь живет такая-то тварь, близко к ней лучше не подходить. В общем, способов поддерживать свои когти в хорошей форме очень и очень много – выбирайте, что нравится!

Ну, и последний момент, связанный с этими самыми когтями: если передние лапы того же дракона, в вашем варианте, не просто «ходилки», но могут еще и использоваться как полноценные руки, то забудьте о длинных когтях. Хотя втягивающихся, хоть невтягивающихся. Забудьте! Втяжные когти по типу кошачьих укоротят пальцы (вы можете себе представить свою руку, на которой все последние фаланги «удалены»?), к тому же, сами пальцы станут толще, да и вышивать крестиком, используя среднюю фалангу – мука и скука. Посмотрите на ту же кошку – разве у нее такие уж подвижные пальцы? Ага, двадцать пять раз – они короткие и сильные, в противном случае, пытаясь удержаться на дереве или на брыкающейся зебре, животное рисковало бы вырвать себе когти с мясом! К тому же, чисто с точки зрения эволюции, формирование конечности-манипулятора при наличии длинных когтей, активно используемых в качестве оружия – событие на редкость маловероятное, и в таком случае «счастливчик» будет вынужден отказаться от этого самого оружия в пользу палок-копалок и каменных ножей. Иначе никаких длинных пальцев, пригодных для удержания мелких предметов – лишь «пинцетные» возможности, да и то, в связи с короткопалостью, очень ограниченные. Поэтому у дракона с «руками», могущими удержать перо для письма или девичью ручку, когти на передних конечностях могут быть разве что декоративные, по сравнению с его габаритами – крошечные, как следствие, невтягивающиеся и совершенно бесполезные. Этакий атавизм, сохранившийся от далеких предков.

Так-с, с когтями разобрались, переходим к передним лапам. Которые, однако, гораздо «труднее», чем задние, ибо расположены не в самом удачном месте. О лопатках мы уже вволю поговорили в прошлый раз, сейчас я только упомяну, что, по сравнению с человеческой рукой, подвижность передней лапы крылатого существа будет очень ограничена: скажем, заложить руки за спину или почесать бочину будет крайне затруднительно – для этих дел лучше использовать когти на крыльях. Аналогичная ситуация, кстати, и с задними лапами – если брать за основу строение таза птиц и динозавров, то возникнут проблемы не только с задиранием ножки, как в балете, но и с посадкой на шпагат, как продольный, так и поперечный, и с лазанием по толстым деревьям, и еще с многими, многими другими вещами, для которых зацикленные на быстром беге двуногие динозавры справлялись не слишком хорошо. Так что, увы, абсолютно «человеческой» конечности все равно не получится, хоть ты тресни. Для этого нужно стать человеком, то бишь отказаться от крыльев… но, раз уж это невозможно, то постараемся разобраться с тем, что осталось в наличии.


Скромные возможности вращения конечности ограничат и рост мускулатуры, так что, как я уже говорила, у крылатого дракона передние лапы будут производить хоть какое-то впечатление только в положении на земле, со сложенными крыльями. Расправил «леталки» – и все, о лапах все забыли, пялимся на мощные крыльевые «бицепсы», которые по толщине будут превосходить мышцы лап в два-три раза. Передние же лапы будут, в основном, пользоваться в качестве подпорки для тяжелого туловища, снимая часть нагрузки с задних конечностей – хотя, скажем, при потребности в очень быстром перемещении дракон вполне сможет прижать «руки» к груди и поскакать на сложенных крыльях, этакими неуклюжими прыжками «а-ля летучая мышь», при этом человеку, даже очень перепуганному, убежать от него не получится.

Кисть дракона не так сильно «зациклена» на полете, так что может остаться весьма похожей на человеческую, как и пальцы на ней. Если учитывать, что при беге дракон использует крылья и задние лапы, драконья передняя лапа вообще будет сильно смахивать на человеческую; в случае же бега на всех четырех лапах – тут возможны варианты, от «бегового» на пальцах, как у кошек (в таком случае можно скомпенсировать разницу в длине между задними лапами и передними, и дракон сможет переходить даже на какой-никакой галоп… но, увы, манипуляторные возможности рук будут СУЩЕСТВЕННО ниже, чем у человека) до вполне обычного, при опоре на всю кисть или даже на костяшки пальцев, как у гориллы – бегать такой дракон будет медленнее, но зато сохранит неплохую подвижность пальчиков. Очень может быть, что в каких-то несложных операциях лапам будут помогать когти на крыльях – не для виртуозного печатания на компьютере или лепки куличиков, конечно, но вот придержать лист бумаги, достать до висящей на крючке сумки или постучать по внезапно замигавшему потолочному светильнику, приводя его в чувство – вполне возможно.

Количество пальцев, кстати, тоже не является константой: главное – чтобы их было не меньше трех (два пальца – это уже клешня) и не больше пяти-шести (а это уже многоножка… да и, откровенно скажем, отращивать больше пяти пальцев особого резона нет, наша рука в этом смысле – венец творения, лучше и не надо). О пальцах на задних лапах я уже сказала… хотя скажу еще раз: в любом случае они будут очень мощными, для полноценного выполнения опорных функций (если не постоянно, в процессе перемещения, то при взлете и посадке – точно), так что совершать что-то сложное задней лапой дракону будет тяжко. Разве что какие-то простые движения – поскрестись, поцарапать, прочертить линию на земле. При этом количество пальцев задних лап также может изменяться: бегающему дракону а-ля динозавр сгодятся и три, и даже два пальца (страусам это не мешает, да и те же велоцирапторы, у которых во время бега большой коготь был приподнят над землей, вроде как не жаловались), а вот лазающему по скалам и способному хватать лучше заиметь четыре пальчика, причем саму лапу можно устроить как по «орлиному» принципу (три пальца вперед, один назад), так и по «совиному» (два вперед, два назад – захват со всех сторон). Первый вариант приспособлен для поимки относительно крупной и сильной дичи, тогда как второй больше годится для ловли кого-то мелкого и подвижного, но сами движения пальцев при этом разнообразнее, так что неудивительно, что лапы одних из самых умелых «операторов» среди птиц – попугаев – устроены именно по второму образцу.

Так что, как видите, пусть лапы, по отношению к крыльям, и «вторичны», но, тем не менее, необходимость полета накладывает на них свои собственные ограничения, так что обращаться с ними следует осторожно, каждый раз задавая себе вопрос: зачем это нужно и как это можно использовать? Надеюсь, после прочтения этой главы вам все же стало понятно, что «кошачьи» лапы дракону, мягко говоря, не очень подходят, а у какого-нибудь грифона логичнее было бы сделать орлиными лапами задние, тогда как передние, так уж и быть, оставить львиными. Может быть, это и не слишком приятно с точки зрения эстетики – очень уж порой хочется любителям кошек придать драконам черты их любимых пушистиков… – но, увы и ах, тут ничего не поделаешь: одно дело – парить на ванильных крылышках в облаках чьей-то фантазии, а другое – оказаться лицом к лицу с жестокой реальностью, когда ты паришь в двухстах метрах над землей, внизу – отвесные скалы, а на лапах у тебя только тонкие хрупкие коготки – кошачье наследие – и ноющие мышцы крыльев все настойчивей уговаривают пойти на посадку.

Да, да, во-он на тот уступ.

Ну и что, что когти поломаешь? Кошки ломают, а тебе нельзя?

Что? Кошки не летают? Какой же ты привередливый… кошки не летают, а ты летаешь! Давай, садись.

Ась? В пропасть сорвешься? Да ни за что – кошки ж не срываются! Правда, кошки не пикируют вниз с такой высоты, да и весят сравнительно немного, так что сила удара получается небольшой… Но ты не слушай, не слушай меня. Давай, давай, складывай крылышки…
 
#7

Pizza

Модератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
621
Симпатии
539
Баллы
290
Offline
5. Хвост. «Названный лапой хвост — еще не лапа»

«Хвост или есть, или его нет. По-моему, тут нельзя ошибиться».
Алан Александр Милн


Хвост – это еще одна штука, которую любят все… причем не вполне понятно, за что. Крылья – это еще куда ни шло, быстрее перемещаться, особенно в пробках, каждый мечтает… но хвост? Понятия не имею, зачем двуногому прямоходящему это может понадобиться – и неудобно, и при ходьбе мешать будет, да и функциональность у него – чуть да маленько…

Ну да ладно, это уже психология. Оставим подобные разборки знающим людям, а сами перейдем к биологии.

И вот тут-то товарищи, все более чем странно.

Но, дабы не быть голословной – приведу примеры. Возьмем-ка мы с вами самых-самых длиннохвостых летунов.

Вот птерозавр рамфоринх, хвостик, как и положено рептилии, чуть ли не вдвое длиннее туловища. Годится? Годится…

Вот птицединозавр археоптерикс, хвост, как и у всякого динозавра, тоже немаленький. Годится? Го… дился бы, если бы не одно «но»: археоптерикс не летал. Да и вообще, на сегодняшний день не известно ни одного динозавра, который был бы способен на полноценный машущий полет. Те немногие «претенденты», которым приписывались какие-то потуги в этой области, в конце концов были сброшены до положения «планеристов» или вообще «нелетучих». Даже знаменитый микрораптор, четырехкрылый динозавр из Китая, был всего лишь белкой-летягой своей эпохи, виртуозным, но все же планеристом, которому его длинный оперенный хвост был нужен для торможения – ведь полноценно регулировать скорость полета микрораптор не мог. Так что пропускаем динозавров – планеристы планеристами, а нам бы что-нибудь посущественнее – и переходим сразу к птицам.

А у птиц… А у птиц вообще все грустно. Ибо, по сути, длинного хвоста нет ни у одной из ныне живущих птиц. Есть длинные хвостовые перья, но это совсем другая история, к позвоночным хвостам не имеющая отношения. Собственно хвост птицы – это короткая «гузка», копчиковая кость, состоящая из 4-6 позвонков, к которой уже крепятся рулевые перья. Длинные хвосты птицы потеряли, еще будучи рептилиями, так что мы, конечно, возьмем в качестве образка какого-нибудь длиннохвостого летуна – например, большого ара или нашу сороку – однако не забывайте, что птичий хвост в нашем хит-параде стоит наособицу.

Ну, и наконец – летучие мыши. И тут… тоже невесело, откровенно говоря. У самых крупных летучих мышей – крыланов – хвост чаще всего отсутствует, а наиболее «длиннохвостыми» считаются самые примитивные из современных видов рукокрылых – мышехвосты, у которых очень тонкий хвостик достигает длины туловища и служит для накопления запасов жира. Еще одни известные «хвостатики» - бульдоговые летучие мыши, умелые и быстрые летуны, у которых хвост (он существенно короче, чем у мышехвостов, и более чем наполовину входит в состав кожистой перепонки между задними лапами) служит для резкого торможения, когда животное заходит на посадку. У большинства же летучих мышей хвост сравнительно короткий, включен в состав хвостовой перепонки и служит ее «распоркой», обеспечивая более точное маневрирование, ловлю насекомых (стукнулся жук о хвост летучей мыши, а та прямо в воздухе нагнулась, хвостом его подбросила и – ам!) и образуя «колыбельку» для новорожденного мышонка, дабы тот, чего доброго, не навернулся с потолка пещеры. Поэтому, в целом и общем, будем считать, что в случае с летучими мышами природа тоже пожадничала, обделила их хвостищами… вот только сами рукокрылые что-то не торопятся рвать на себе шерсть и особенно грустить. К чему бы это?..

Так что, по-хорошему, дамы и господа, у нас в наличии только один активный летун с более-менее длинным хвостом… или, вернее, целое семейство летунов – рамфоринхоидов, обитавших на Земле до появления птеродактилей, с конца триасового периода до конца юрского, и вымерших задолго до последнего динозавра. Размерами, в отличие от своих кузенов, рамфоринхи не блистали – в среднем их габариты колебались от галки до орла, и на фоне того же кетцалькоатля даже самый рослый «хвостатик» смотрелся бы бледно – что, однако, намекает на незамысловатый вывод: все крупные летуны – короткохвостые! И на это, скажу я вам, есть свои причины. Длинный хвост в полете – это нешуточная помеха, к тому же, привлекающая внимание хищников, и в основном такой хвост годится для единственного типа полета, который практикуют и сороки, и павлины, и им подобные создания: череда коротких резких взмахов крыльями, перемежаемая парением. В таком случае хвост может создать дополнительную подъемную силу, позволяя животному отдыхать в воздухе… но, естественно, работает такой фокус только в случае со сравнительно мелкими летунами, и именно этот факт не дал рамфоринхам (у которых, вдобавок, хвост не мог разворачиваться, как перья у птиц, увеличивая несущую поверхность) стать небесными гигантами. Дополнительно хвост служил для поворотов в воздухе, наподобие хвоста сороки – недаром же на конце развилась кожистая лопасть-лопаточка! – а также в качестве руля высоты и стабилизатора, но вот с появлением первых настоящих птиц, увы, такая манера полета вскоре пришла в негодность – птицы оказались более умелыми охотниками за насекомыми и мелкой рыбешкой, так что новым летучим ящерам – птеродактилям – пришлось отказаться от хвоста и начать осваивать новые ниши и способы добычи пропитания.

Поэтому скажу я так, друзья-товарищи: если хвост у летающего животного и присутствует, то он должен быть либо длинным и тонким, как у рамфоринхов с мышехвостами, либо коротким, как у большинства современных летунов. Длинный хвост выгоден только для мелких видов, и если только ваша зверушка не помещается у вас на руках – увы, массивный «ящеричий» хвост ей не светит. Так что давайте отставим палеонтологию и попробуем разобрать, какие именно особенности должны характеризовать хвост летающего создания.

Итак, во-первых: легкость. Хвост – это все-таки дополнительный вес, а с этим у летунов все строго. Так что, повторяюсь, толстые и мощные хвосты, которыми можно сбивать рыцарей с ног – не для «реалистичного» дракона. Увы. В этом отношении я советую вспомнить нашумевший псевдодокументальный фильм «Мир драконов», где, несмотря на все огрехи с водородными бактериями и «летательными пузырями», объемом меньше кубометра, все же был представлен достаточно правдоподобный образ европейского дракона. Да, не самый привлекательный для ярых драконофанов, желающих превратить «своего» дракона в образец безудержной мощи, но зато такой дракон, чисто теоретически, еще мог существовать на нашей планете. Или на любой другой, где комфортно живут и чувствуют себя люди (то бишь с нашей гравитацией, плотностью атмосферы, содержанием кислорода и прочим). И у «настоящего летуна» хвост будет максимально облегчен: тут вам и полые вытянутые позвонки (чем их меньше – тем хвост легче), и наличие более-менее развитой мускулатуры только у основания (как следствие – дракон будет использовать хвост как канатоходец – шест, то бишь балансировать им на неустойчивых поверхностях или поворачивать в воздухе), и скрепляющие всю конструкцию жесткие сухожилия. Приветствуется лопасть на конце – весит она немного, но во время полета поможет маневрировать чуть лучше, чем это делают современные дельтапланеристы, однако всякие шипы, лезвия и колючки – лучше оставьте наземным животным. Правда. Дракону и без них будет хорошо.

Во-вторых – это жесткость. Как я уже сказала, из-за потребности в облегчении хвост не может содержать большое число позвонков и быть гибким – только «палочка», но никак не «пятая лапа», как это любят описывать многие поклонники крылатого племени. Да и зачем летучему существу такой хвост? В полете ни за что хвататься не надо, да и в пещерах, однако, достаточно мощных деревьев с толстыми ветками не растет, так что развивать хватательный хвост (который у настоящих животных является признаком именно древесного образа жизни – следовательно, может присутствовать лишь у мелких видов дракончиков, по образу жизни напоминающих обезьянок) дракону было бы просто незачем. Эволюция, однако – та еще жмотина, и если в том или ином признаке нет прямой потребности, то она и не будет городить огород, даруя льву плавники, жирафу – панцирь, а коню – шпоры. «От акул отбиваться. Если они встретятся». И коли уж хочется ввести в повествование гибкий хвост – что ж, помним, что в таком случае дракон получится мелкий, древесный, предпочтительно не летающий, а планирующий на коротких крыльях и проводящий большую часть времени не в воздухе, а на деревьях, как это делают, скажем, паукообразные обезьяны. И, к слову: у тех же паукообразных хвост достигает максимального совершенства – нижняя поверхность его на последних двадцати пяти сантиметрах лишена волос и снабжена кожными гребешками, точь-в-точь как кончики наших пальцев, что обеспечивает примату не только плотность обхватывания предметов, но и аномальную чувствительность: метровой длины хвост способен удержать предмет, размером с орех. В то же время собственно руки у этой обезьянки вовсе не так хороши – у них практически отсутствует большой палец, что изрядно снижает цепкость захвата и возможности тонких операций, поэтому можно сказать, что хвост, в какой-то степени, призван замещать несовершенство рук. И коли уж вводите в повествование цеплючий хвостик – позаботьтесь, чтобы у его развития была причина. Скажем, ваш дракончик – это миниатюрная виверна, с крыльями вместо передних лап, так что хвост ей служит для перемещения вниз головой по ветвям деревьев, в качестве крючка для цепляния во время сна и на манер «вешалки» для детенышей, как это происходит у самок опоссумов – ну, чтобы не потерялась малышня, пока мамаша резво бегает по веткам и совершает короткие планирующие прыжки между деревьями.

В-третьих – наличие рулей. То бишь чешуй, перьев, перепонок и всего такого прочего, что будет формировать плоскую поверхность в области хвоста и обеспечивать маневренность. Ведь даже у рамфоринхов между задними конечностями и хвостом находилась особая рулевая перепонка, носящая страшное имя «уропатагий», а уж про летучих мышей с птицами и говорить нечего! Так что, ежели не хотите, чтобы ваш зверок летал исключительно по прямой – добавляйте ему какие-нибудь причиндалы, не слишком вычурные, но функциональные. И это касается не только драконов, но еще и грифонов, и пегасов, и мантикор, и всех-всех-всех крылатых тварей. Располагаться рули могут как у основания хвоста (повысится маневренность в воздухе), так и на его конце (улучшится стабильность полета). При этом концевые рули будут больше способствовать резким поворотам, тогда как располагающиеся у основания – более плавным, хотя в любом случае животное будет вынуждено разворачиваться по дуге, как это делают самолеты. Ну, и на особо сложные пилотажные маневры я бы тоже не советовала рассчитывать – хвост будет тормозить, так что переворачиваться в воздухе или вертеться волчком у таких летунов едва ли получится. На земле же это хозяйство можно складывать вдоль хвоста, а также использовать в качестве украшения во время брачных игр, «пугалки» для хищников (скажем, если на конце хвоста имеется перепонка или веер из перьев с ярким глазчатым рисунком, то поднятый над землей хвост может производить впечатление крайне высокого животного с длинной шеей) или «маячка» для детенышей, что будут следовать за матерью, ориентируясь на ее хвост. После возникновения разумности хвост также можно будет использовать для передачи эмоций или посланий: скажем, раскрытия-сжатия перепонки – чем не азбука Морзе? А если во время разговора гребни то раскрываются, то прижимаются в бестолковом порядке – значит, собеседник жутко боится, и то порывается улететь куда подальше, то прижимает уязвимую перепонку к телу, чтобы не порвали… Ну, и так далее. Ибо язык тела – это то, что дракону, с его относительно бедной мимической мускулатурой, будет важно, как воздух, дабы полноценно общаться с сородичами… и, возможно, именно такие особенности и выделят крылатое племя среди прочих «одномирников», не дав заклеймить себя «те же люди, только драконы».

Поэтому, если вы хотите писать про «кошкодраконов», с их гибкими хвостами и сногсшибательной манерой полета – ради всех богов, пишите… но тогда либо делайте их маленькими, как летучие мыши, либо признавайте, что реализмом тут и не пахнет. Ибо, повторюсь, но бывает очень обидно, когда в какой-нибудь книжке проколы в описании техники боя на шпагах или устройстве ткацкого станка считаются недостатками, а вот совершенно нелепая животина, при этом порой еще и любовно описанная «научными словями» – это совершенно нормально, ибо биология, как и мусорное ведро, все стерпит. Что? Это ма-а-агия? А что ж тогда в шпаги какие-нибудь местные «тессеракты» не впаивают? И пусть товарищи мушкетеры рубят ими дрова – что им мешает? Ах, физика? Химия? Здравый смысл?.. Так вот, скажу я вам – все то же самое в полной мере относится и к биологии, и раз уж в некотором вымышленном мире люди, как две капли воды похожие на наших соотечественников (во всяком случае, товарищам попаданцам как-то ни разу не приплохело от «плохого воздуха»… один только Джон Картер прыгал по полям Марса, как кузнечик), живут вполне обычной «земной» жизнью, то будем логичны: значит, и другие местные формы жизни должны подчиняться «земным» законам физики, химии, биологии… и того самого здравого смысла.

Конечно, все это несколько придержит лютых коней нашей фантазии, и желание совместить несовместимое, то бишь описать драконов своей мечты с биологической точки зрения, задохнется под грузом фактов… но тогда извольте выбирать: либо то, либо это. Либо дикий полет фантазии, либо сухая реальность. В конце концов, мы же не приглашаем физиков описывать механизм передвижения замка Хоула? Да и патологоанатомы еще не торопятся узнавать, каким же таким хитрым образом ходячие скелеты завывают одними костями… Так что либо балансируйте на недосказанности (вспоминаем про легендарные штаны Арагорна), либо доставайте учебники, статьи, открывайте ту же Википедию – и вдумчиво читайте все, что попадется по физиологии, анатомии, палеонтологии, экологии, психологии…

Что? Несчастная муза, потрясенно икнув, притворилась дохлой?

То-то же.
 
#8

Pizza

Модератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
621
Симпатии
539
Баллы
290
Offline
6. Шкура. «Волк меняет шерсть, а не натуру»

«Ныне крылья мечты расправлены, но в полете, увы, облетают перья…»
Владимир Леви


Ну, вот мы почти и закончили. Голова есть, лапы-крылья присутствуют, хвост болтается. За-а-амечательно! Осталась самая малость – понять, что тушка, словно бы только что доставленная из мясного отдела, выглядит не очень хорошо, а это значит – давайте-ка подумаем, во что «нарядить» нашего красавца!

И тут – снова! – опять не все так просто, как кажется…

Впрочем, все зависит от обстоятельств. Вы же не ждете, что обитающий в тундре волк будет покрыт змеиной чешуей, а нежащаяся в пустыне гадюка – щеголять по барханам в плотной шубе? Внешний облик всегда определяется зоной комфорта, и даже ребенок, посмотрев на белого мишку, тут же скажет, что в такой шубе мишке будет тепло зимой, а увидев покрытого лишь редким волосом африканского слона – поймет, что зимой такому великану место лишь в хорошо отапливаемом слоновнике. И так далее, и тому подобное. Так что, дабы не шибко растекаться мыслью по просторам фантазии, я приведу в качестве примера четыре основных «покрытия», которые используются для создания фантастических животных: кожа, чешуя, перья и мех. И рассмотрим каждое по отдельности.


А начнем с кожи. О-о-о, кожа – это хорошо… Правда, не всегда и не во всем. Особенно для летунов! Поскольку кожа – материал пригодный лишь для полетов в теплом климате, на малых высотах и при не слишком больших скоростях. Живейший тому пример – летучие мыши и птерозавры. У мышек, правда, тело в шерстке, а у птерозавров, вроде как, наблюдалась чешуя, однако на крылья это не влияло: и в том, и в другом случае они были кожистыми. Что означает пластичность, подвижность, упругость… и целый ворох проблем, дабы не скучно жить было. Например, кожа крайне легко теряет тепло. Спасти в таком случае может только толстый слой подкожного жира, киты с тюленями подтвердят… но жир, пусть и будучи легче мяса или костей, все же отнюдь не невесомый, поэтому чрезмерно увлекаться им опасно для здоровья. Еще один вариант теплоизоляции – воздушные полости под кожей, служащие, как в наших стеклопакетах, препятствием на пути тепла, но и здесь не все слава богу: такие полости, будучи тонкими, не особенно хорошо защитят от мороза, а если вздумаете сделать их толще – появится скованность движений летуна, что тоже, однако, не айс… вернее, именно айс!

Да, и для особо одаренных химиков предупреждаю: запихивать в эти полости водород или гелий тоже нежелательно. Выигрыш в подъемной силе получите минимальный (если кто не знает – кубометр водорода поднимает около килограмма веса), а вот при сжатии (например, придется вашей зверушке спешно садиться) этот вредный газ может и взорваться, после чего ошметки мягкой кожицы «дракона» придется собирать по всей округе. Гелий – газ более безопасный, но с ним другая проблема: его чрезвычайно трудно получить естественным путем, а в условиях живого организма… ну, если вам так хочется – устраивайте «драконьи заправки». Ибо никаким другим способом инертный газ в организме не образуется. Вот никак, и все тут!

Еще одна проблема кожистого летуна – мягкость. Грубая шкура – тяжелая шкура, так что летун вынужден будет мириться с тоненькой мягонькой кожей, которую оч-чень легко повредить. Не настолько, конечно, что пальцем проткнуть можно, но все же яростных стычек такое существо будет, по возможности, избегать. И это правильно, летуны – не те животные, которые часто дерутся между собой! Так что пусть лучше ваши тварюшки защищаются яркой окраской и ядовитыми плевками. Как лягушки со змеями, ага. Но зато в таком случае кожу можно превратить в ядовитую – например, через содержимое потовых желез животина будет избавляться от излишков яда, который, в свою очередь, будет получать из собственной пищи. Пассивная ядовитость, так сказать. А можно и активную забабацать, но у летунов это не слишком вероятное событие – у них и так крылья в наличии, чтобы чересчур опасаться чьих-то зубов.

Также к условным недостаткам кожи можно отнести ее потребность в смазывании… но об этом я уже писала в главе про крылья. Естественно, чересчур увлекаться этим процессом не придется… но вот молодым особям, растущим и растягивающим собственную шкуру, увы, без «крема» не обойтись. Еще один, к слову, повод удерживать детеныша рядом с матерью – пусть помогает! А то, пока чадо будет себя намазывать, какая-нибудь змеюка его и слопает. За милую душу.

Как следствие, кожа – материл хороший, но только для полетов в теплом климате и на малой высоте. Ну, и чтоб не слишком быстро зверушка летала. И кабы ее еще солнцем не опалило… Как вариант – пышные тропические леса, ибо во влажном климате кожа, в отличие от перьев и меха, не будет постоянно намокать, а в отличие от чешуи – под ней не так жарко. В случае же с паразитами, я вас уверяю, никакая защита вам не поможет – если нашелся обеденный стол, найдется и едок, а кровососущие и кожегрызущие во все времена отличались порядочной «сообразительностью», так что с удовольствием кормились на динозаврах и кормятся на крокодилах и рыбах, а при желании – будут кормиться и на вашем недопанцирном животном, будьте спокойны.

Второй вариант покрытия, оч-чень популярный – чешуя. Да-а-а, чешуя. Та самая, которая блестючая, легкая, прочная – и всех цветов радуги! Ах, хороша!..

Правда, такой она бывает разве что в сказке. Увы. В жизни все гораздо прозаичнее…

Но давайте разберем все по порядку. Итак, пункт первый – блеск. То есть гладкость. С этим параметром все еще более-менее ясно: гладкая чешуя не будет тормозить в полете, так что летуну критически важно, чтобы чешуйки были ровными и гладкими. Другая репка – насколько это будет заметно? Вот, скажем, змея. Из всех нынешних пресмыкающихся у некоторых змей наблюдается самая что ни на есть блестящая чешуя… однако в целом, если смотреть на рептилию со стороны, шибко сверкающей ни одна гадюка не покажется. Фишка – в размере чешуек. Змея – существо гибкое, подвижное, следовательно, прочный и толстый роговой панцирь ей наращивать ни к чему. У летунов с этим тоже все будет строго – с тяжелыми крупными чешуями летать не шибко комфортно, и даже соли металлов в панцире (что, как утверждается, придают чешуе легкость и прочность) не особенно помогут – драконы все же не алюминием питаются, а то же железо – далеко не самый легкий материал на свете – взвешивавший на ладони кость древнего ящера, пропитанную солями железа, подтвердит, что весит она немало.

Да, и еще такой момент: если цвет дракона будет определяться солями металла, готовьтесь к тому, что гамма будет достаточно скромной. Металлы – они, однако, не на каждом шагу попадаются, и в мире, аналогичном нашему, чаще всего будет встречаться железо… тем паче, что многие «дракобиологи» утверждают, что железо дракончики получают из крови жертв, сиречь из гемоглобина. Вы, кстати, в курсе, сколько железа содержится в организме восьмидесятикилограммового человека? Меньше пяти граммов. Так что, если дракончик действительно должен насыщаться железом из этого источника, для того, чтобы накопить хотя бы килограмм металла, ему придется вылакать около полутора тысяч литров человеческой крови. Вы себе такой объем представляете? Человек за год выпивает меньше, чем предлагается испробовать маленькому дракончику только для того, чтобы начать покрываться «взрослым» панцирем. Вдобавок, «железная» чешуя будет мешать росту малыша, так что время от времени ему придется линять, и снова жрать-жрать-жрать до посинения, либо… угу, чавкать собственной чешуей. Мням-мням. Учитывая же, что у многих рептилий в чешую перед линькой уходят некоторые токсичные вещества… приятного аппетита, малыш!

Отсюда же и афишируемая прочность чешуи, якобы способной выдержать попадание арбалетного болта. Дорогие мои, так не бывает! Либо прочность, либо легкость. Хотите летучего крокодила – делайте летучего крокодила, но не ждите, что он будет летать. У змей же, чья чешуя больше всех подходит на роль драконьей, шкурки довольно тонкие и мягкие, что будет характерно и для крылатого существа: если тварь летает, значит, особенно бояться ей некого (в большинстве миров число летучих существ меньше, чем число наземных), так что развитие прочной брони – нонсенс. Те же птерозавры, например, при всех возможностях одеться в панцирь, до конца дней своих летали практически «голыми», покрытыми лишь тонкой чешуей и, возможно, некими волосовидными ее отростками, призванными исключительно сохранять тепло. Даже поздние виды, что частенько переходили на питание на земле и которым неплохо было бы обрасти защитой, так и остались хрупкими и ранимыми – их тонкая кожа и кости попросту не выдержали бы веса каких-нибудь щитков или шипов, так что, изначально сделав ставку на полет и подвижность, крылатые ящеры остались верны этой догме до самого конца.

Но ладно, это уже относится к нашей теме косвенно. Вернемся к цветам. Итак, если хотите узнать, какие цвета могут быть получены в результате химических реакций в теле дракона – посмотрите, какие краски можно получить на основе железа. Угу, красную. Желтую. Синюю. Коричневую. Наверное, особенные эстеты могут нализаться других металлов – скажем, ацетатов меди – чтобы позеленеть, но в целом – вот, пожалуйста, все доступные расцветки. Ах да, еще черный цвет, разумеется. Никаких вычурных золотых, аметистовых и серо-буро-малиновых. Зато ярким цветом будут распускаться всевозможные пятна, узоры, индивидуальные рисунки… либо же, напротив, цвет туловища дракона на протяжении жизни будет скромным, и лишь яркие вставки на крыльях, особенно заметные в полете, будут придавать ему оригинальность. Ну, и стимулировать творчество, конечно же! А то обделили драконов тягой к живописи – ну-ка, зубастые, пока время есть – давайте, кисточку в зубы и рисовать! Усы у спящей подружки, ага. То-то она порадуется!


Поэтому, как видите, чешуя – она, конечно, хороша, но не во всем. Любая чешуя, пусть хоть железная, хоть кальциевая (некоторые даже сравнивают ее с зубной эмалью… хи-хи. Ну, эмаль, конечно, штука твердая, но, во-первых, хрупкая, во-вторых, негибкая, в-третьих, плохо реагирует на перепады температуры. Плюхнется разгоряченный дракон в водичку, дабы охладиться – и все, привет!). Она плохо защищает от холода и не очень хороша в жару из-за проблем с теплорегуляцией (пусть и частично решаемых способностью дракона поднимать чешую дыбом… что тоже не панацея – летать в позе ежика крайне неудобно), она хоть мало, но стесняет движения, она требует своеобразного ухода – хотя бы той же линьки, в противном случае даже самая прочная броня со временем изотрется до неузнаваемости. Так что чешуйчатые драконы – это, конечно, классика, но все же, помнится, Змеи Горынычи да Фафниры всякие далеко на север обычно не забирались… А что? Им и под боком у Забав Путятишн было неплохо…

Третий вид покровов летуна – это перья… И вот этот-то вид – самый что ни на есть универсальный. Ибо, заметьте, ни одна летучая мышь или рептилия не обитают так далеко на севере и на юге, как птицы, а ведь пернатые в то же время неплохо чувствуют себя и в пустынях, и в тропических лесах, и среди заснеженных горных пиков. Универсальные создания! И достигается этакая прелесть за счет особенности оперения, которой голая кожа или чешуя похвастать не могут: многослойность. Причем каждый слой выполняет свои функции, так что, изменяя толщину оперения и его состав, птицы исхитрились отлично чувствовать себя как при сверхнизких, так и при сверхвысоких температурах. Естественно, можно предполагать, что и для фантастического существа перья очень даже сгодятся – именно поэтому гиппогрифы и грифоны, на мой вкус, выглядят наиболее подходящими для жизни в холодных горах… хотя я все же переделала бы грифона из «орлольва» в «орлобарса» – львы, конечно, низкие температуры переносят, однако длинный тонкий хвост будет немилосердно зябнуть. Также перьевой или похожий на перьевой покров рекомендуется почти всем «полярникам», от ледяных драконов до каких-нибудь змеев, ибо кожистая перепонка во время пурги обморозится еще раньше, чем дракон успеет об этом подумать. Голая кожа для жизни в снегах – это, однако, жестоко!

Ну, и последний наш вариант – шерсть. Шерсть – это тоже недурно, во всяком случае, млекопитающие, как и птицы, вполне успешно освоили различные биотопы… хотя, признаться, в пустыне им все же приходится тяжелее, чем пернатым. Ну да ладно. Итак, шерсть у летуна – явление известное, да, да, мыши летучие, я про вас помню! Но все же, вместе с этим, меховой покров уступает перьевому по ряду параметров. Например, обтекаемость. У птиц даже есть специальные гладкие перья – контурные, что образуют саму поверхность птичьего тела, тогда как у млекопитающих, увы, ничего подобного не наблюдается, так что на высоких скоростях летучий меховой шарик будет тормозить попросту из-за своей шкуры. Вдобавок, шерсть еще и сильнее продувается – мы же помним, что в полете важен вес, и слишком плотная шуба летуну заказана? Вот-вот. А, между прочим, на высоте уже в два километра температура воздуха может опуститься аж на пятнадцать градусов, так что несчастный летун может начать стучать зубами. Плюс еще шерсть здорово намокает, и смазать ее жиром, как гусиное перо, не получится – она просто слипнется, после чего мыться уже придется с мылом. Поэтому, откровенно сказать, если чисто меховой летун где и сгодится, то только на небольших высотах. Он будет более морозоустойчив, чем чисто чешуйчатый или кожистый «коллега», однако все равно не бесконечно – запоминаем, что летучие мыши редко поднимаются на высоту больше километра, где температура еще держится в пределах нормы.

Вот так-то! Я, конечно, постаралась быть краткой, но, как видите, кое-где пришлось изрядно поразглагольстовать… Что ж, надеюсь, общую идею вы уловили, м-м? Нечего пихать кита в горы. Условия жизни определяют внешний облик, а облик определяет условия жизни. Так что узкие крылья или круглые крылья, лапы-бегалки или лапы-прыгалки, перьевой покров или тонкая чешуя – все это является красноречивым свидетельством того, в каком именно окружении данное конкретное существо будет чувствовать себя наиболее комфортно.

И тем выше мое уважение будет к создателю, если, увидев очередную химеру, я не схвачусь за голову с вопросом «зачем высокогорному дракону перепончатые уши» или «каким именно образом бегающий похлеще гепарда грифон умудряется летать», но облегченно вздохну, про себя восславив всех богов мира, и с удовольствием процитирую товарища Станиславского: «Верю».
 
#9

Pizza

Модератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
621
Симпатии
539
Баллы
290
Offline
Эпилог. «Если бы, да кабы — индюки летали бы!»

«Реальность не подчиняется ничьим желаниям».
Терри Гудкайнд

Как говорят мудрые, мечтать не вредно, мечтать очень даже полезно – развивает воображение, расширяет кругозор. Вот только в этом самом мире мечты – еще не реальность, и посему к процессу переноса своих фантазий в некие «параллельные миры» следует подходить осторожно: мир-то, может быть, и параллельный, но общие законы природы в нем едва ли кто-то отменял, и раз уж выпавший из окна башни человек разбивается насмерть, а лошадь не может так просто перепрыгнуть с одного материка на другой – выходит, пятитонное чудовище тоже не способно летать на одних лишь мышцах крыльев, а скоростному летуну в гробу понадобится прицепленный к туловищу длинный хвост, как у павлина.

Так что, если уж действительно писать серьезное фэнтези, лучше не лепить все подряд, надеясь, что таким образом мир обретет оригинальность – нет, начинать следует с более глобального. С самого мира. Придумайте географию, которая могла бы вынудить животное освоить полет. Придумайте условия обитания, что также направили отбор в сторону крылатиков. Придумайте, в конце концов, самого зверя – не аляповатую крокозябру психоделической расцветки, но именно зверя, существо, которое не просто служит декорацией, картонным муляжом для туристов, но именно живет в этих самых лесах, горах или на островах, охотится (или, напротив, спасается от охотников), размножается и чувствует себя вполне комфортно, а не как слон в посудной лавке. И, поверьте, тогда ваш мир действительно станет интересным и замечательным, по которому не скучно будет прогуляться как-нибудь вечерком, любуясь красотами природы и сильными, ловкими, великолепными животными, которых она породила.

Ну, а мне лишь остается надеяться, что мой скромный труд кому-то из вас поможет представить, как именно должно выглядеть крылатое животное, обитающее в горах или на равнинах, питающееся оленями или мухами, живущее в пещерах или на деревьях. Как кажущиеся «недостатки» можно превратить в особенности, «изюминки» конкретно этого вида живых существ, сформировать повадки, а позже – и менталитет, если вдруг летучая животинка вздумает стать разумной. Как придать своему творению законченный вид: оно летает не потому, что мне так хочется, а потому, что об этом свидетельствуют всего его особенности, так что даже не разбирающийся в местной зоологии путешественник может взглянуть на него и сказать: да, это существо способно долго парить под облаками, высматривая себе обед… а вот это летает быстро и стремительно, нагоняя добычу одним мощным рывком, так что не буду-ка я его дразнить, пойду отсюда подобру-поздорову…

И да плодятся и размножаются в ваших придуманных мирах удивительные создания, словно бы сошедшие со станиц лучших из фантастических историй!

Аминь.

Всем спасибо за внимания – и да не покинет вас Муза Творения, и да расцветит она ваши фантазии новыми красками жизни!
 
Сверху Снизу