Между пыльными полками(Тор, Фемслэш, Романтика, Повседневность, PWP, AU, ER (Established Relationship))

#1

Immortal Soul

Супермодератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
3,616
Симпатии
649
Баллы
250
Offline
Между пыльными полками


Направленность: Фемслэш
Автор:
Чертя :D


Фэндом: Тор
Персонажи: fem!Тор Одинсон/fem!Локи Лафейсон

Рейтинг: R

Жанры: Романтика, Повседневность, PWP, AU, ER (Established Relationship)
Предупреждения: OOC, Смена пола (gender switch)
Размер: Драббл, 3 страницы
Кол-во частей: 1
Статус: закончен


Описание:
Локи жаждет знаний – новых знаний.

Посвящение:
Мне. Ну, и читателю, конечно же, тоже.

Публикация на других ресурсах: Уточнять у автора/переводчика

Примечания автора:
Я художник - я так вижу.
АУ, в котором Локи воспитывается Лафеем в Йотунхейме и гоняет в Асгард за приключениями - моё любимое АУ.
В плейлист: Starfounder – Failure
 
#2

Immortal Soul

Супермодератор
Регистрация
17.11.2018
Сообщения
3,616
Симпатии
649
Баллы
250
Offline
Валаскьяльв пышен и грациозен, полон жизни и шелеста голосов – оттого оказаться среди скрипучих, мрачных стеллажей необъятной библиотеки, пробраться к сокровенным полкам незаметной кажется Локи пряной победой. Она улыбается, оглядываясь через плечо, её пальцы порхают по корешкам фолиантов и затёртым крышкам кожаных тубусов – если не дышать, слышно, как хрустит пергамент в читальных залах, сминаемый морщинистыми руками древних колдунов.

Лафей не позволяет ей дипломатические прогулки в Асгард, держит в ледяных покоях и думает, что она не знает, как выживать в холодных снегах Йотунхейма – но Локи большая царевна, Локи знает так много, что неосведомлённость остальных смешит её совершенно беззлобно. Локи знает все тайные тропы, все запретные проклятия, и любой ритуал она может провести с той лёгкостью, с которой воины поднимают кубки после грязных, бессмысленных войн – её рука тяжела, голова ясна, а взгляд холоден и внимателен.

Локи жаждет знаний – новых знаний.

Пергаменты окружают её непроницаемой стеной, фолианты порхают в руках, бесшумно мелькая страницами, и чужие языки, незнакомые письмена, истлевшие схемы расплываются у неё в зрачках, наполняют её до самого горла, до самой шальной, счастливой улыбки. Она запоминает так быстро, хватает так много, магические учения поглощают её с такой глухой жадностью, что в какой-то момент она совсем забывает о том, что происходит за пределами старых, никому не нужных страниц.

Голос асгардской царевны – как гром в абсолютной тишине.

- Сколько книг ты успеешь прочитать прежде, чем я выволоку тебя отсюда?

Локи зажимает себе рот рукой, и пергамент с хрустом падает ей под ноги – шелестящая волна лежит на каменных полах, тусклая, жалкая, совершенно не впечатляющая. Голос Тор звучит угрожающе, её улыбка жесткая и сухая, но глаза полны азарта, а ещё – дрожащей на кончиках пальцев радости. Она действительно может схватить Локи за волосы и вытащить под жаркий свет – но и Локи не лыком шита, и даже тяжёлый Мьёлльнир у Тор на поясе больше не пугает её до дрожи в острых коленях.

Колени у неё дрожат не поэтому.

Она расправляет плечи, оправляет узкие манжеты – браслеты позванивают на её угловатых запястьях – и осторожно проводит пальцем по пыльным фолиантам.

- Как минимум эту полку прежде, чем ты меня коснёшься, - говорит она с ядовитой улыбкой, и глаза у неё блестят сочной зеленью.

Тор не говорит ни слова – шагает прямо по пергаментам, и губы у Локи ломаются в возмущённом оскале. Тор высока и крепко сложена, у неё покатые плечи и твёрдые бедра, точеная, забранная в кожаный доспех талия и длинные, крепкие ноги – она двигается легко и складно, не изящно, не плавно, и платье на ней смотрелось бы весьма экзотично. Локи отшатывается от неё, поднимает ладонь – её пальцы исходят изумрудными искрами, когда Тор берёт её за руку.

Заклятие рвётся с её губ, но язык Тор оказывается у неё во рту намного, намного быстрее – она вся горячая, она выше на полголовы, она сильная, и Локи позволяет ей быть сильной, сильнее кого бы то ни было прямо сейчас.

У неё срывается дыхание – она запрокидывает голову, дышит открытым ртом, и высокие потолки расплываются у неё перед глазами. Тор крепко оглаживает её по плечам – ворот платья следует за её требовательными ладонями, белая кожа кажется почти прозрачной в этом тусклом, холодном свете, застывшем между переполненными полками.

- Ты не синяя, - говорит Тор, проводит кончиком носа вдоль впалой щеки. – И не холодная, - говорит она, и ворот платья скользит ниже, обнажает замерзшую грудь. – Я скучала.

Локи моргает и закрывается руками, неосознанно, в первый момент – затем смотрит, как путается пыль у Тор в спутанных, солнечных волосах, кладёт ладони на её румяные щеки и целует её сама. Боги, она тоже скучала, но пропади оно всё пропадом, если её язык осмелится сказать об этом.

В тишине слышно, как хрустят свитки в читальных залах, слышно надрывное старческое дыхание, слышны тихие, сиплые голоса – Локи зажимает себе рот ладонью, когда Тор разводит полы платья, когда её ладони оказываются у неё между бёдер, когда они соизмеряют звериную грубость с томной лаской. Локи трясёт, и Тор заставляет её смотреть себе в глаза – в эту прозрачную, голубую бездну среди солнца спутанных волос.

Они ничего друг другу не говорят – никогда, ни разу, будь то яблоневый сад Асгарда, или снежная пустыня Йотунхейма.

Тор перестаёт её касаться так же быстро, как и начала – Локи раздосадованно выдыхает, её руки напряжённо дрожат, и Тор разворачивает её к себе спиной, вжимается грудью между лопатками, опирается на жесткий, пыльный стеллаж. Её доспех больно давит на чувствительную кожу, одна рука крепко держит Локи под обнажённой, налившейся грудью, вторая – оглаживает между ног, давит, цепляет и дразнит, и Локи шипит, бьётся у неё под ладонями.

- Не издевайся, - просит она, откидывая голову на чужое плечо, и это единственное, о чём она просит.

Тор смыкает зубы на её шее, там, где пульсируют сосуды, вылизывает кожу, широко, жадно, голодно, сжимает губами мочку уха, выталкивая языком прозрачные камни серёг – они падают им под ноги, разбиваются о каменные полы ледяными искрами, и Локи хватает её за запястья, узоры наручей неприятно задевают тонкую кожу. Ей хорошо, остро, жарко, и она плавится, плавится в тишине огромной библиотеки, спрятанной в башнях этих пышных, полных жизни чертогов.

- Где ты была всё это время? – спрашивает Тор – она сорвано дышит вместе с Локи, утыкается носом в её волосы, грудь её в кожаном доспехе вздымается тяжело и судорожно, а рука двигается резко и болезненно.

Локи вздрагивает и вскрикивает – её клонит вперёд, она сжимает бедра так сильно, что всполохи огня между её ног взрываются раскалённой магмой. Тор сжимает пальцы на её груди, пропускает между фалангами острый сосок, вцепляется зубами в белое плечо, и пальцы её замирают глубоко внутри Локи, ребро ладони крепко давит между мокрыми складками, и Локи крупно дрожит, её бьёт в ознобе, ломает в слепом удовольствии. Они падают на каменные полы, прямо в хрустящий, исписанный незнакомыми знаками пергамент – Локи безумно красива в тусклом свете старой, пыльной библиотеки.

Когда она приходит в себя, то накидывает рукава платья обратно на плечи – ткань закрывает белую грудь с алыми следами чужих пальцев и налившиеся синевой укусы, – поправляет копну волос, облизывает кончиком языка пересохшие губы. Тор смотрит на неё в немом, сытом восхищении и не сразу понимает, что крепления её доспеха расползаются сами по себе.

Локи улыбается – старые колдуны в читальных залах перелистывают страницы древних фолиантов.

- Теперь я здесь, - говорит она просто, протягивает ладонь, касается горячей, румяной щеки, и если бы она стояла на ногах, её колени бы снова подкосились.

Как подкашивались всегда.

Раз за разом.

- Ты останешься? – спрашивает Тор и гладит её по волосам – Локи тянется к прикосновению, поворачивает лицо к ладони, касается центра губами.

- Если ты захочешь, - говорит она и смотрит из-под ресниц, обхватывая губами влажные, солёные пальцы.

Она знает – асгардская принцесса захочет. Тор улыбается широко и тепло, глаза у неё яркие, искрят ярче, чем магия у Локи на руках, ярче, чем любое северное сияние в холодных, синих горах Йотунхейма, куда она когда-нибудь вернётся прежде, чем Лафей заметит её отсутствие и её вопиющее непослушание.

А пока – пока она здесь, и это единственное, чего она жаждет больше знаний.
 
Сверху Снизу